http://100m2.com.ua/article/55125.html
Продавать доли в квартире теперь можно только через нотариуса, который проследит за соблюдением интересов других собственников жилья.

На "Деловом завтраке" в "Российской газете" президент Федеральной нотариальной палат ы России Константин Корсик рассказал, что теперь продавать доли в квартире можно только через нотариуса, который проследит за соблюдением интересов других собственников жилья.

 

Константин Анатольевич, недавно вступил в силу закон, по которому доля в недвижимости должна продаваться только через нотариуса. Как работает эта норма?

Константин Корсик: Она только начала работать, практика сейчас нарабатывается.

Хорошо, перефразируем: как она должна работать?

Константин Корсик: Допустим, если квартира принадлежит не одному собственнику, а нескольким собственникам, то эта сделка уже подлежит удостоверению у нотариуса. Если же продается только одна доля, она тоже подлежит удостоверению у нотариуса, и нотариус при оформлении должен проверить, выполнено ли требование статьи 250 Гражданского кодекса о соблюдении преимущественного права покупки другими собственниками по указанной цене. Здесь возможно уведомление через почту, через телеграммы. А возможно уведомление через нотариуса. Так что нотариус контролирует, были ли соблюдены интересы другого собственника. До этого все это происходило формально, и порой на регистрацию принимались документы, честно говоря, неизвестно кем подписанные. А в итоге у нас появилось так называемое "квартирное рейдерство", когда выкупались доли, а потом других собственников выживали или принуждали к продаже своих долей за бесценок.

Собственники долей нередко пользуются при продаже обходными путями, например, оформляют это как подарок. Взяли и подарили четверть квартиры незнакомым людям с улицы. Мол, так захотели. После вступления в силу нового закона такое возможно?

Константин Корсик: К сожалению, пока еще такое возможно. Норма, которая введена в закон о регистрации прав, гласит, что нотариально удостоверяется только договор продажи. Но, может быть, законодатель в перспективе уберет и эту лазейку.

Сегодня в судебной практике масса споров, когда недовольные наследники жалуются на покойного и добиваются через суд отмены завещания. Сделает ли новый порядок последнюю волю действительно последней и нерушимой?

Константин Корсик: Проблема, конечно, такая была. Я не вправе комментировать какие-то конкретные судебные решения. Но мы работаем над тем, чтобы свести к минимуму вероятность отмены завещания. Тем более что теперь нотариальный акт имеет повышенную доказательственную силу, его нельзя голословно опровергнуть. И видеофиксация, безусловно, поможет этому. В случае спора видеозапись подтвердит, что гражданин был у нотариуса в конкретное время, что гражданин был адекватен и твердо выражал свою волю.

Закон придал доказательную силу нотариальному акту. Что это такое? И усилит ли такой статус степень защищенности завещания?

Константин Корсик: С моей точки зрения, это должно серьезно повлиять на ситуацию. Теперь оспорить сделку, удостоверенную нотариально, будет на порядок сложнее, и это, с одной стороны, еще один надежный заслон на пути мошенников и недобросовестных персонажей, а с другой - совершенствование гарантий соблюдения прав граждан или юридических лиц благодаря нотариальному акту.

Несмотря на то что принцип свободной оценки доказательств в гражданском процессе никто не отменял, тем не менее приоритет нотариальных документов провозглашен в гражданском процессе.

Здесь важно отметить, что, грубо говоря, нотариус выполняет задачи превентивного правосудия, то есть нотариус предупреждает возникновение судебных споров. Поэтому, с одной стороны, мы проводим большую работу, чтобы не было даже оснований для таких споров. С другой - законодатель закрепляет особый статус нотариального акта, чтобы его было невозможно отменить по каким-то надуманным причинам.

У нас в редакционной почте есть несколько писем от читателей на одну тему: родители стали старые, дети забрали их в другой регион. А теперь родители хотят распорядиться недвижимостью, которая осталась там. И в каждом случае нотариусы отказали в оформлении наследства на имущество из другого региона. Это создает дополнительные сложности. Есть выход из подобных ситуаций?

Константин Корсик: В Основах законодательства о нотариате есть норма, обязывающая нотариуса удостоверять сделку по месту нахождения недвижимого имущества.

Но речь о завещании...

Константин Корсик: Завещание тоже попадает под это правило. Пока это положение действует, мы не можем поступать иначе. Но, с моей точки зрения, такая норма является уже весьма архаичной. Росреестр уже перешел на экстерриториальный принцип регистрации. Допустим, вы можете в Москве подать документы о регистрации вашего имущества, которое находится в Краснодарском крае. Документ направляется в электронном виде в Краснодар, и Краснодар регистрирует, и вы это получаете в Москве. Поэтому, думаю, законодатель в ближайшее время должен отменить такую норму. Именно в интересах и для удобства граждан. Мы должны перейти к экстерриториальному нотариальному удостоверению, как это имеет место быть в европейских странах. Во Франции вы можете прийти к нотариусу в Париже и удостоверить договор купли-продажи сделки на Лазурном берегу. Это в порядке вещей. Вы идете к тому нотариусу, которого вы знаете и доверяете. Поэтому и мы должны отказаться от старого порядка и двигаться вперед.

Если можно будет где угодно оформить сделку, написать завещание, то и делить наследство, наверное, можно где угодно. Допустим, человек умер в Хабаровске, а наследство открыли и распределили, согласно его завещанию, в Калининграде. Где удобней наследникам.

Константин Корсик: Здесь другая ситуация. В Гражданском кодексе прописана жесткая норма, и она соответствует всем международным стандартам: местом открытия наследства является последнее место жительства наследодателя. И за открытием наследства нужно прийти именно к нотариусу по последнему месту жительства умершего.

То есть написать завещание можно где угодно (если рассуждать в перспективе), но наследство все равно придется открывать только там, где человек умер?

Константин Корсик: Да. Но мы сейчас ввели некую экстерриториальную систему в пределах регионов, и этим упростили гражданам жизнь. До позапрошлого года, до того, как у нас заработала единая информационная система нотариата, было разделение на участки. Допустим, миллионный город Волгоград был разделен условно на 30 участков. И с каждого участка люди должны были прийти к конкретному нотариусу. Это было сложно. Допустим, вы живете в одном конце города, а родственник скончался на другом конце, а протяженность Волгограда сто километров. И для оформления наследства надо было ехать через весь город.

А сейчас можно прийти к любому нотариусу в городе, а город является одним нотариальным округом, и открыть наследственное дело. Все данные открываются в единой информационной базе.

Проверяете ли вы пришедших к вам граждан?

Константин Корсик: Мы имеем доступ, в частности, к базе Федеральной миграционной службы. Мы проверяем соответствие паспорта, не утерян ли он, является ли действительным. Потом мы лично беседуем с каждым гражданином, устанавливаем его намерения и разъясняем последствия, и понимаем все, что происходит в связи с этой сделкой. И гражданин тоже понимает. При простой письменной форме, когда стороны просто договариваются друг с другом без участия нотариуса, всего этого не происходит.

Источник информации:
Российская газета